20:35 

АВТОР: _Татиус_ (suzuki_akira@tut.by)
НАЗВАНИЕ: Undergraduate
ФЕНДОМ: Death Note
РЕЙТИНГ: NC-21
ЖАНР: POV L; AU
СТАТУС: закончено
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА: L/Light;
САММАРИ: L – обыкновенный студент университета. Вернее не_обыкновенный, но к его странностям все на столько привыкли, что больше это уже не кажется не обычным. Да к тому же рок-звезде по статусу положено привлекать к себе внимание, не так ли? Тут, как на зло, в университет переводится новичок по имени Ягами Лайт. Больше ничего не скажу. В последствии появятся ещё персонажи.
ДИСКЛАМЕР: никакой выгоды не имею, пишу для развлечения, права на героев принадлежат не мне;
ОТ АВТОРА: автор сошёл с ума/лечению не подлежит;



Из-за большого размера часть фика лежит в коментариях.

Preface

Broken One


Я сломан.
Вода мерно капает из крана, раздражая рассеянное внимание. Кафельная плитка ещё содрогается от встречи с костяшками пальцев. Или мне кажется, что стена пошла волнами? В любом случае, в руке отдается ноющая боль.
Холодная вода немного остужает пыл, омывая пальцы колючей прохладой.
Многоуважаемый Эль, поздравляю вас! Вы начинаете сходить с ума и уже предприняли попытку разгромить своё жилище – мозг немилостиво глумился над эмоциями. Он всегда преобладал над чувствами. На людях разум всегда умел «спрятать» истинного Эля. Того, который сейчас стоит полуголым, сгорбившись над умывальником. Того, кому не нужны лишние взгляды и внимание, того, кому не нужны похвалы за лучшую успеваемость в университете, того, кому не нужно уважение только за то, что у него много денег, того, кому не нужна любовь только потому, что он вокалист рок-группы.
Всего этого ему хватало с лихвой. Всё это надоедало до колик. Всё это вызывало отвращение, но Эль ничего не мог с этим поделать.
Ведь он не в состоянии заставить сотню-другую человек начать думать так же, как и он?
Пальцы уже начали коченеть, когда худощавый юноша повернул кран и, взяв в руки полотенце, обмотал махровую ткань вокруг кисти.
А всё из-за чего? Из-за какого-то дурацкого сна. Мало того, что господину Лаулиету не так уж и часто удаётся выспаться, так ещё и кошмары преследуют постоянно. Пару ночей назад ему может, и удалось хоть немного поспать, но вот сегодня, как назло перед зачётом – сон даже не думал посещать его. А когда Морфей всё же соизволил утащить несчастного Эля в своё тёплое логово, чья-то чёрная лапа схватила его за трахею, раз, за разом заставляя задыхаться, хрипеть от страха и покрываться холодным потом. Парень уже было, подумал, что тут ему и кранты, как реальность вернулась сама собой. Правда, несколько секунд мир всё же не желал приобретать реальные черты, которые бы не двигались и не расползались в разные стороны, но усилием воли Эль всё же заставил взять себя в руки и сосредоточить своё внимание.
Этот бредовый сон, который оставлял после себя горьковатый привкус страха. Он заставлял прагматичного Эля пугаться собственной тени на пути в ванную, сжиматься в комок и боязливо семенить по коридору, что бы рукой быстро найти выключатель и, юркнув в ванную комнату закрыться там, представляя себе, что сквозь белую дверь никто не сможет пробраться. А потом злобно ругать себя за глупость и за детский страх. Ведь только дети боятся темноты?
Только вот ты, Эль, совсем не её боишься. Тот, кто так страшен тебе, преследует тебя повсюду, и ты ничего не можешь с этим поделать вот уже сколько лет.
Сколько ты ещё будешь убегать в ванную, и скрываться за белыми дверями?
Он не знал. Знал только, что всю ночь проведёт в ванной комнате, сидя на кафельном полу. И только когда первые лучи рассвета заалеются на небосклоне, он позволит себе выйти из своего импровизированного убежища, что бы приготовить себе приторный кофе, словно бы в отместку за свою слабость.
Так продолжалось каждую ночь. Так будет завтра. И послезавтра. И через месяц. Если к тому времени Эль всё же не сломается окончательно под гнётом зверских воспоминаний.
А пока он сидит на полу, словно сломанная фарфоровая кукла, и пытается отогнать от себя чёрную руку.

Chapter_1_Freshman


Слухи имеют свойство быстро распространяться. В начале дня весь университет обошла новость: к нам посреди года перевели новичка! Эль по началу не обратил на это внимания. Ну, подумаешь, перевели и ладно. Ничего не обычного. Хотя нет, конечно же, для того, что бы перевестись из одного учебного заведение такого класса в другое не менее престижное надо либо много знать, либо иметь много денег. Но в целом ничего необычного в этом не было, и потому Эль не интересовался новеньким и совсем не стремился с ним пересечься. Хотя если этот парень действительно обладал такими обширными знаниями, то перспектива общения с ним выглядела довольно заманчиво. Однако уровень знаний новенького всё ещё оставался под вопросом и потому Эль предпочёл заняться своими делами, не обращая внимания на то, что происходит вокруг.
К концу дня слух оброс новыми подробностями. Новичка, оказывается, звали Ягами Райто, и было ему восемнадцать лет от роду и, судя по восторженным восклицаниям слабой половины человечества, Райто был весьма не дурен собой. А ещё он был чемпионом по теннису среди юниоров в Японии. Вот это уже было интересно. Было бы здорово поиграть с кем-то равным себе.
Скорее всего, к занятиям новенький приступит со следующего семестра. Эль глянул в окно. Там, за тонкой гранью стекла в темноте мягко серебрились снежинки.
Скоро Новый Год. Надо бы прибраться дома.
Мысль о возвращении в квартиру почему-то никак ни радовала. А странно, ведь новогодние праздники ему предстояло провести одному без пусть местами и милого, но весьма надоедливого Матсуды. Эль привык быть один и редко подпускал к себе ближе, чем на расстояние «знакомый». Матсуда же упорно пытался привлечь его внимание, и всё норовил залезть в душу, в которую и сам-то Эль боялся глубоко заглядывать.
У Эля не было друзей. Он никогда не нуждался них. Возможно, он обманывал самого себя, но так было легче.
Хотя в праздничные дни становилось тоскливо. Справлять праздники в одиночестве весьма и весьма не приятно. Нет, конечно, можно было бы приехать к Ватари, но отрывать его от дел решительно не хотелось. В последнее время ему вообще мало чего хотелось. Он девствовал исключительно на автомате. Вставал, принимал душ, завтракал, уходил на лекции, сидел в библиотеке, приходил домой, обедал, делал задание, ужинал, залазил в Интернет, принимал душ, ложился спать – почти каждый день походил на другой. Безнадежно одинаковый, скучный. Однако Эль всё же умудрялся взять себя в руки и даже получать наслаждение от процесса обучения.
Лекция закончилась. Студенты принялись собирать свои конспекты, ручки, пеналы, футляры от очков, принялись копошиться, переговариваться, шутить. Эль тоже стал собирать свои вещи, думая о том, что, возможно, тоже хотел бы вот так непринуждённо переговариваться, но тут же одёрнул себя. Это глупо. Глупо, потому что в конце привязанность приносит боль и разочарование. Не то что бы он боялся боли. Это сложно объяснить. Просто однажды он уже испытал это и больше не хотел испытывать вновь.
Получив в гардеробе своё пальто, он укутался в него поплотнее и вышел на улицу. Многообразие звуков на мгновение оглушило его. Машины, снующие туда-сюда, топот ног, смех, тихие разговоры. Иногда обрывки фраз, которые случайно доводилось услышать господину Лаулиету, приводили парня в состояние лёгкого удивление. Например, однажды он услышал довольно странный разговор между двумя женщинами. Они размышляли о браке. Одна из них утверждала, что само по себе слово «брак» уже является не правильным и что именно по этому сейчас в мире так много разводов. «Брак, - говорила она. – Означает бракованный»
Возможно, она была права. Элю не хотелось вдаваться в подробности. Взаимоотношения между людьми его не слишком волновали.
Медленно, не спеша, он направился в сторону своего дома. Можно было бы, конечно, проехать пару остановок, но почему-то сегодня хотелось пройтись пешком. Снежинки всё так же тихо ложились на землю, и в волосах парня наверняка затерялся их серебристый блеск. Но сейчас это мало волновало. Эль думал о том, что было бы с ним, если бы не Ватари. Смог бы он сейчас добиться того, что уже добился? Вероятность составляла 73 %. Вопрос скорее заключался во времени. Если бы Ватари не забрал бы его из приюта, то ему наверняка потребовалось бы гораздо больше времени на всё это. Благодаря доброму старику он жил в достатке, не зная нужды. Ему не нужно было учиться и работать одновременно, как многим. Хотя Эль никогда не боялся работы и даже пытался помочь Ватари в его делах. Старик, конечно, хотел бы, что бы во время обучения Эль жил с ним. Он до сих пор помнил понимающую улыбку, когда Эль сказал ему, что хочет попробовать жить самостоятельно.
Самостоятельно, значит один.
Ватари всегда понимал его лучше других. Даже, наверное, лучше самого Эля. Но это не вселяло страх. Скорее наоборот, где-то там, в районе сердца разливалось приятное, щемящее тепло. Эль любил старика. И был благодарен ему за то, что тот сделал для него.
За размышлениями Эль и не заметил, как пришёл к своему дому.
Он поднял голову, глядя вверх, на окна своей квартиры. Как и ожидалось, свет был погашен. Матсуда уехал к родителям.
Эль поднялся на нужный этаж и вошёл в небольшую квартиру. В принципе двум парням большая квартира и не нужна вовсе. Он, не включая свет, снял пальто и на ощупь направился на кухню, заварить себе кофе.
Как бы он не относился к Матсуде, перспектива ночевать одному Эля отнюдь не радовала.
Эль глянул в окно. Сегодня ему понадобится мно-о-ого кофе.
Он видел всё – от начала и до конца. Всё было в мутной дымке. Создавалось ощущение, будто бы Эль находился в аквариуме и видел всё через его грязную призму. Видел кафельную плитку ванной комнаты. Видел фигурку хрупкой девушки перед собой. Она мягко касалась пальцами своего лица. Скорее всего, накладывала крем.
Она была миленькой. Немножко полноватой, но это не портило её. Кожа её была бледной, а волосы забраны в пучок на затылке. На плечах висел какой-то облезший халат.
Тихо шумела вода. Отзвук глухо ударялся о стены, возвращаясь обратно в центр комнаты. Но Эль плохо слышал. Словно бы сквозь вату. Внезапно для себя он двинулся на незнакомку. Уверенно, быстро.
Зачем? Зачем он идёт к ней? Он не понимал. Или не помнил?
Но и остановиться Эль не мог. И это было страшно. Страшно понять, что твоё тело не повинуется тебе. Страшно ощутить, что всё вышло из-под контроля.
Девушка, вероятно, услышала шаги, потому что плечи её вздрогнули. Она, было, обернулась, что-то говоря, но тут же замолчала, глядя на него расширенными от ужаса глазами. А затем, порывисто вздохнув, закричала, да так, что внутри от этого крика всё заледенело и покрылось ледяной коркой ужаса.
В глазах Эля потемнело, он покачнулся, тусклая комната завертелась. Последнее, что он увидел, через дверной проём - было окровавленное тело, распластанное в коридоре. Тело изуродованное. Или не тело?
Почему-то в мозгу отпечатался факт того, что лежащий парнишка был ещё жив. Хотя врядли его ещё можно было спасти…
А затем Эль проснулся. Проснулся с мучительным хрипом, выталкивая своё тело вверх.
Он боялся себе признаться, но видел всё от начала и до конца. Просто сознание упрямо закрывало от него обрывки жуткого сновидения.
Он отчаянно не понимал причины этих снов.
Почему они преследовали его??
Эль порывисто обнял колени руками и уронил на них голову. Его трясло. В горле пересохло. Вероятно, от того вместо крика из горла вырвался противный хрип.
А ведь он всю ночь старался не заснуть. Упрямо, почти остервенело. Он пил кофе литрами. Он готовился к предстоящим экзаменам. Он оставил включённым свет.
И он читал книгу.
Вероятно, это его и сгубило. В какой-то момент строчки просто поплыли перед глазами.
Да-да, вероятно любой другой человек всё же смог бы пережить сутки без сна. Но ведь Эль-то уже не первую ночь пытается бодрствовать. Организм решил идти против своего хозяина, который оказался изощрённым мазохистом и измождал себя до не возможности. Предел предусмотрен у всех. Даже у гениальных учеников.
Через какое-то время всё обрывки сновидения смешались в одно непонятное кино, а затем и вовсе исчезло. Но ощущения-то никуда не уходили. Просто слегка притупились. Эль неуверенно, но упрямо определял их. Ужас постепенно отходил. Медленно, словно бы волны, накатывающие на берег. Отходил, обнажая страх. Эль боялся. Боялся этого кошмара, боялся темноты, боялся себя. А ещё он боялся вспомнить, что же ещё ему снилось. Что-то подсказывало ему, что это было не всё, но Эль тут же отчаянно отбрасывал эту мысль.
Дрожь постепенно утихала. Где-то в коридоре тикали часы.
Он не знал, сколько времени прошло, просто почувствовал холод. Только тогда он решился пошевелиться и отнять голов от рук. За окном уже алел рассвет.

Тусклый свет монитора едва освещал комнату. Тонкие, чуткие пальцы по памяти нажимали клавиши. Саю часто засиживалась в сети допоздна. Сейчас она уже не особо понимала зачем. Это просто переросло в привычку. Да к тому же её контактный лист оброс столькими интересными знакомыми, что уходить спать совсем не хотелось, хотя глаза слипались уже давно. Хорошо, что мама не догадывалась. Наверняка она заставила бы девушку лечь спать.
Вот и сейчас Саю вроде бы чувствовала, что мозг уже требует отдыха, но в аське появился Рюуга Хидеки. Девушка не знала, от чего её знакомый выбрал такой псевдоним. Ведь Рюуга совсем не любил того актёра имя, которого он носил. Быть может, это было просто данью моде? Или он хотел таким образом привлечь к себе внимание женской части Интернета? В любом случае Саю познакомилась с ним только из-за ника. Это потом уже в процессе общения она узнала, что Рюуга оказывается очень приятный и понимающий собеседник, который, не смотря на разницу в возрасте, понимал её проблемы. И это было здорово. Здорово общаться с взрослым мужчиной. Здорово было, что он воспринимал её, как взрослую. Саю совсем не боялась его.
«Привет, Рюуга!» - отправила она ему.
От чего-то Рюуга появлялся в сети только ночью. За день девушка успевала очень по нему соскучится.
«Привет, как настроение?» - мгновенно пришёл ответ.
«Плохо :(«
«А что так?»
«Да вот, брата в Университет новый перевели, а я не знаю, что ему подарить?»
Уже который день девушка ломала себе голову, пытаясь придумать подходящий презент. Ведь в честь этого события дома устраивался праздник.
«К нам тоже какого-то парня нового перевели О.о Ну не знаю… Подари ему ремень там… или дезодорант какой?»
«Нет, дезодорант не пойдёт – у него уже есть. И ремней у него навалом… Ками-сама, что ж так трудно-то? >< Почему у меня так туго с фантазией?»
«Да ладно тебе, перестань грузиться ^_~ Всё хорошо»
Внезапно в голову девушке пришла гениальная мысль.
«Слушай, а давай с тобой сходим в торговый центр и там вместе поищем? Всё же две головы лучше одной. Тем более ты парень, ты должен знать, что должно понравится моему брату!»
«Я?! Я же его даже не знаю О.о»
«Ты что! Он у меня замечательный! Он был лучшим учеником в школе. И в университете тоже. А когда у меня не получается решать задачки по математике я всегда бегу к нему ^^»
«Так у тебя ещё и с математикой туго? xD»
«Ну да =^_^=... Так что, сходишь со мной?»
«А ты не боишься?»
«Кого? О.о»
«Меня! Вдруг я маньяк какой-нибудь? О.о Что тогда?»
«А разве это должно помешать нам выбирать подарок брату? )))»
«Оригинально xD Ладно, так уж и быть, когда и где встречаемся?»
Довольная Саю обусловила место и время встречи и легла спать, предвкушая будущий поход за покупками.

Снег медленно спускался на землю большими хлопьями. Словно бы там, на верху, кто-то разорвал мягкие пуховые подушки и теперь развлекался, сбрасывая перья на землю. Саю разглядывала падающий снег, по дороге к маленькому кафе, возле которого они с Рюугой договорились встретиться. Он сказал, что будет в тёмно-синем пальто. Сказал, что он довольно высокий для японца и что у него чёрные длинные волосы. А ещё большие глаза и белый длинный шарф.
Честно говоря, девушка немножко волновалась перед встречей. А вдруг она не узнает Рюугу и они как дураки просто прождут друг дружку весь день? Или может она что-то не то сделает или не так скажет? Ей бы не хотелось разочаровать его. И не хотелось самой разочаровываться в нём.
Вот она уже почти на месте. Ещё один поворот – и она увидит его. Какой он?
Дыхание перехватило. Саю остановилась, закрыла глаза и, глубоко вздохнув, пытаясь унять трепещущее сердце, шагнула за поворот.
Открыв глаза, Саю первым делом увидела витрину кафе и его мерно жующих посетителей. Ну и где он? Внутри уже начал подниматься страх, как внезапно она наткнулась на синее пальто. «Наверное, он!» - промелькнуло в голове, сердце затрепетало.
Белый шарф, тёмные, растрёпанные волосы. Это точно он.
- Эй, Рюуга! – Саю помахала ему рукой.
Парень поднял глаза на неё и помахал в ответ. Ему было немного странно слышать свой ник в устах другого человека. Странно, но приятно. Да и вообще всё сегодня ему казалось на удивление приятным, необычным. Пусть он и чувствовал себя немного уставшим, почему-то его не покидало чувство, что всё сегодня будет хорошо.
- Привет, Саю, - Рюуга мягко улыбнулся. Да, такой он её себе и представлял. Худой, маленькой, но очень милой. От неё так и веяло какой-то детской непосредственностью и озорством. – Ну что, ты так и не решила, что подарить брату?
Рюуга ждал, что девушка ответит, но та встала, как вкопанная и принялась изумлённо его разглядывать. Эль почувствовал себя неловко.
- Что?
- Ничего, - смутилась девушка. Повисло секундное молчание, но Саю тут же спохватилась и, взяв Рюугу за руку, потащила его вперёд, в торговый центр.
- А у тебя есть братья или сёстры? – вопрос прозвучал так неожиданно, что Эль едва успел увернуться от очередного покупателя, идущего ему на встречу.
- Нет.
- Нет? – Саю на секунду остановилась и пристально посмотрела на него. Лицо её озарила ухмылка. - Не повезло тебе.
- Почему это? – искреннее удивился Эль. – Бывает, что дети, растущие в одной семье? спорят меду собой, ссорятся или дерутся. Это не так уж и весело, как кажется на первый взгляд. Думаю, мне в этом повезло больше.
Если вспомнить словесные баталии Мелло и Ниара, то да, ему крупно повезло. Бедняга Роджер. Иметь таких деток – не дай бог.
- Да? – Девушка задумалась. – А я где-то слышала, что те дети, которые были единственными в семье, вырастают эгоистами.
- Ну, не знаю…
Они, наконец, остановились в центре большого торгового зала. Эль осмотрелся по сторонам. Здесь было светло, потому что светили яркие лампы. Рядом стояли скамейки для тех, кто устал от бесконечных покупок. По обеим сторонам от них разместились павильончики с разной утварью, впереди виднелся фонтан.
Оглядев магазинчик, возле которого они остановились, Эль скептически приподнял бровь.
- Ты решила купить ему кухонный нож?
Саю фыркнула.
- Нет, конечно. Но за неимением никаких идей – этот вариант отметать я не буду.
- Что, совсем-совсем никаких нет? – участливо спросил Лоулайт.
По выражению её лица Элю стало понятно, что идей относительно подарка у неё действительно нет. М-да, тяжело. Учитывая тот факт, что он и сам-то не так уж и часто дарит подарки. Не так уж и много у него друзей, что бы разбираться в том, что дарить.
- А чем он увлекается?
- Райто? – Саю села на скамейку. – Ну, он в футбол играет, теннис ему нравится. А так – я даже и не знаю. Но ракеток у него полно и мяч футбольный дарить я ему не хочу. А на хорошие кроссовки у меня просто-напросто не хватит денег, - девушка развела руками.
Внезапно Эля посетила идея.
- Пойдём, - он взял Саю за руку. – У меня здесь работает одна хорошая знакомая, она должна нам помочь.
Девушка не успела даже удивиться, как Эль поволок её по лестнице куда-то вниз. Если честно, то она немного не так представляла себе поход по магазинам. Обычно, она медленно и с удовольствием прохаживалась по рядам, рассматривая витрины весь день, щебетала с подружками. Но ведь Рюуга не был её «подружкой»! Он был парнем. И не просто парнем, а взрослым дядей. Было странно ожидать, что всё будет так, как она к этому привыкла. Через пару пролётов Саю поняла, что ей даже нравится то, как быстро они идут. Это было похоже на стремительный полёт. Странное чувство, поднимающегося из глубины души смеха. Это было весело!
Когда они зашли в маленький магазинчик, Эль наконец-таки остановился. Внутри помещение оказалось больше, чем выглядело снаружи. Кругом стояли стеллажи с компакт-дисками, рядом со стойкой висела пара наушников. У кассы стояла высокая, подтянутая девушка. Глаза её почти скрывала тёмная чёлка, длинные волосы были забраны в хвост на затылке. Она оформляла покупку парню в синей футболке.
- Добрый день, Наоми!
Высокая девушка мельком глянула на них из-под густой чёлки, пробивая очередной чек.
- Добрый, - усмехнулась она. – Неужели тебе так быстро надоела та группа, диск которой ты купил на прошлой неделе? Или не понравилась? Извини, обменять не получится, она протянула покупателю диск.
- Нет-нет, всё нормально. Не надо ничего менять. Просто вот ей, - Эль кивнул в сторону Саю, - нужно купить подарок брату, вот я и подумал, что неплохо было бы купить ему какую-нибудь музыку.
Наоми внимательно осмотрела Саю. Во взгляде её читался интерес.
- Ну, выбирайте, - наконец изрекла она, указав на полки с дисками.
Саю удивлённо приподняла бровь, затем подошла к полкам, заставленным пластинками разных исполнителей. Она никогда не задумывалась над этим, но совершенно не представляла себе, что же слушает её брат. Когда Саю входила в комнату к брату, тот обычно останавливал музыку, что звучала в его наушниках, так что разобрать что-либо было невозможным. Она никогда не спрашивала его об этом. Действительно: что может слушать прилежный ученик, который учится днями и ночами только что бы найти своё место под солнцем или, по крайней мере, хорошо устроить свою дальнейшую жизнь?
- Ну что, есть идеи? – мягкий голос Рюуги отвлёк её от размышлений.
Саю закусила губу. Ей было стыдно признаться себе в этом: оказывается, она не так хорошо знала своего брата, как ей казалось.
- Я не знаю, что слушает брат…
- Что, правда? – задумчиво протянул Эль. Саю на мгновение показалось, будто бы он насмехается над ней, но тот уже принялся воодушевлённо водить тонким пальцем по коробкам дисков. Девушка про себя отметила, что для парня у него очень красивые руки. – Та-ак, осмотрим, - пробормотал он. – Это ерунда… это тоже… - палец с аккуратным, но достаточно длинным ногтем прошёлся по обложкам альбомов каких-то попсовых певичек. – О! Это вроде ничего…
Саю глянула через плечо Эля. Устрашающего вида дядьки с гитарами. Вряд ли брат такое слушает. Нет, он определённо не может этого слушать. Только не её брат.
- Хотя нет, - продолжал бормотать Эль. Его фигура причудливо сгорбилась, исследуя полку всё ниже и ниже. – Староват альбом.
Облегчённый выдох вырвался из груди Саю. Эль же, всё так же странно сгорбившись, поднёс палец к губам и прищурил глаза, словно бы что-то припоминая. Затем он резко развернулся на пятках и прошагал к противоположному стеллажу.
- Ага! Вот оно! – бледные пальцы выудили пластмассовую коробку и протянули её притихшей девушке.
Саю принялась разглядывать предложенный товар, на обложке которого ничего не было изображено, кроме чёрного бархатистого покрывала и названия, которое не говорило ей ровным счётом ничего.
- Что это за группа такая? – удивлённо протянула девушка. – Надеюсь это не в стиле тех страшных мужиков?
- Не волнуйся, там, на вокале девушка, - мягко улыбнулся Эль. – Думаю, ему понравится.
Девушка испытующе глянула на Рюугу. Ей совсем не хотелось ломать голову над тем, что бы такое купить. Согласиться с предложенным вариантом было самым простым делом.
- Полагаюсь на твой вкус. Но смотри – чуть что – виноват ты.
Элю ничего не оставалось, как согласиться.
Когда они уже уходили, Наоми словно бы невзначай бросила:
- Не забудь, скоро у нас прослушивание.
Саю не совсем поняла, о чём шла речь, но фраза почему-то прочно засела у неё в голове. Рассматривая у себя дома приобретенный диск, она думала о том, что Интернет всё же шикарная вещь, если она позволяет познакомиться с такими странными людьми, как Рюуга.

Chapter_2_Feel my mind

Солнце за окном уже заходило за горизонт, когда Ягами Лайт наконец-таки добрался до своей комнаты и улёгся на кровать. Весь вечер он мечтал о том, что бы вот так вот улечься и расслабиться. Парень закрыл глаза – по телу разлилась приятная усталость. Голова немного гудела от полученной за день информации, но в целом – всё было очень даже здорово. Рука привычным жестом потянулась к наушникам. Саю действительно удивила его, когда во время семейного празднования в честь поступления преподнесла ему в подарок диск с записью какой-то рок-группы. Он вообще редко слушал музыку. Просто не было ни времени, ни надобности. Да, конечно, он находил это довольно изощрённым способом зарабатывания денег. Но не более того.
Закрыв глаза, Лайт полностью погрузился в мир звуков и чистого, ангельского женского голоса. Это был поистине волшебный вокал. Голос её завораживал и тембром и оттенками настроений, которые певица умудрялась выделять.

Он слушал этот диск уже две недели. И теперь рок-музыка совсем не казалась ему бесполезным шумом. Звуки гитар мелодичным переливом изящно переплетались с глухим звуком бас-гитары, в которые то и дело впивались ударные. Всё это – вкупе с голосом, было по истине великолепно.
Обычно так проходило минут двадцать. Лайт просто лежал поперёк своей кровати, раскинув руки и закрыв глаза. Когда он только ложился – солнце ещё только садилось за горизонт, заливая комнату алым, заглядывая в окно, умирающим закатом. А когда же Ягами открывал глаза – кругом уже стояла кромешная тьма. От того прослушивание музыки приобретала какую-то особую атмосферу сказочности и таинственности. В этот момент Лайт забывал обо всём на свете – о родителях, о сестре, о курсах, о предстоящих днях на новом месте, о Мисе. Миса была девушкой Ягами младшего.

Они были друг с другом так долго, что никто даже не сомневался в том, что они поженятся. Лайту это было удобно. Нет, конечно, порой Миса очень напрягала его. Её жизнерадостность, резкий голос, бесконечная болтовня – всё это навевало скуку. Зато она была звездой. И Лайту это льстило. Ведь кто кроме звезды может быть рядом с ним, лучшим учеником Японии?
Самое приятное в этом было, пожалуй, то, что ему совсем не нужно было уделять ей внимания, как другим девчонкам. Всего пару поцелуев, каких-то милых незначительных подарков, немного времени вместе – и всё, Миса была счастлива.

К тому же частые съёмки. Миса-Миса была востребованной певицей и моделью. А значит, свободного времени у неё было не так уж и много.

Нет, Миса-Миса, была определённо ему удобна.

Лайт до сих пор не определился: чего же он хотел от жизни, но одно он знал точно. Он хочет быть лучше всех, он должен быть лучшим во всём. Пусть за это нужно расплачиваться одиночеством. Это сравнительно не большая цена за то что бы быть лучшим, не так ли?

Ещё пару часов назад они вдвоём седели в кафе. На улице хлопьями валил снег, а под ногами неприятно хлюпало. Не сама приятная погода для прогулок.

- Лайт, Лайт! – резкий писклявый голос Мисы отвлёк его от размышлений. – Ты пойдёшь со мною на прослушивание, которое устаивает моя звукозаписывающая компания?

Прослушивание? Это то место, где собираются бездарные самоучки, дабы получить шанс стать знаменитыми на всю Японию? Сидеть там часа два, а то и три и смотреть на этих вопящих во всю глотку людей? Нет уж, дудки. У него есть дела поважнее.

- Извини, Миса, но я не могу. Курсы, - виновато улыбнулся Лайт. Как удачно они подвернулись – эти самые курсы.

Блондинка погрустнела.

- Ах, курсы… А я и забыла, - видно девушка была очень разочарованна.
Но что Лайт мог сделать? Ему совсем не хотелось тратить своё драгоценное время на такую ерунду.

- Тебе пора, Миса, - Лайт положил свою руку на бледную ладонь и заглянул в глаза Мисы самым печальным взглядом, на который был только способен.

Миса таки утонула в карамельных глазах. Лайту было грустно оттого, что им нужно расстаться на время. И это было приятно. Ещё невыносимо приятно было чувствовать покровительственную руку на своей руке. Но, к сожалению, это не могло длиться вечно.

- Да, Лайт. Скоро увидимся, - она подскочила и, чмокнув его на прощание в щёку, упорхнула прочь, в этот неприятный снегопад. Лайт ещё немного посидел, словно бы собираясь с мыслями, а затем и сам отправился в путь.


***

Эль стоял у окна и пил чай. От кофе начало подниматься давление и если он не планировал в ближайшие дни отдать концы, то следовало перейти на более мягкие напитки. К тому же говорят, что крепкий чай тонизирует лучше всякого кофе. Отличный повод для того, что бы проверить эту истину на собственном опыте.

- Почему ты не ищешь лёгких путей? – ещё пять минут назад спрашивал его дядя Роджер. Он позвонил Элю как раз тогда, когда вскипел чайник.

Действительно, почему? Наверное, Роджеру кажется, что это гордость? Или даже гордыня? Мог ли Эль показаться гордым? Почему-то самому Лаулиету так не казалось.

Роджер предложил ему продвинуть его группу. Это было заманчиво. Но достаточно оскорбительно. Если Эль согласится, то опять получится так, словно бы он сидит у них с Ватари на шее. А Элю этого совсем не хотелось.

Отхлебнув терпкой, тёплой жидкости парень с непривычки поморщился – специфическое варево, однако. Нет, чай он, конечно, пробовал и не раз, но не такой высокой концентрации.

Надо бы добавить сахара и побольше. Горький чай уж больно напоминал лекарство.

Интересно, кода это Матсуда научился делать такой чай? Хоть тут его услужливость пригодилась.
Правда, когда он приехал у Эля от потока информации чуть мозги не вскипели – Матсуда говорил, как заведённый и остановить его не представлялось возможности. Говорил обо всём – о семье, о девушках, о соседях, знакомых и даже о своей старой ленивой кошке и завядших цветах в своей комнате.

- Скучают без меня, вот и увядают потихоньку, - коротко вздыхал он, и Элю казалось это всё более и более странным.

Но, тем не менее, временами Эль находил его очень даже милым. Матсуда был аккуратным и пытался хорошо учиться. И это у него почти получалось. «Почти» - это значит, что рейтинги у него были вполне сносные, чего нельзя было сказать о качестве его знаний. Стоило преподавателю «копнуть» поглубже, и Матсуда начинал городить несусветную чушь. Да такую, что одногрупникам так и хотелось его огреть чем-нибудь потяжелее. Элю, конечно, было всё равно, но временами ему нравилось наблюдать за тем, как Матсуда смущённо улыбается, не зная, как себя вести.

Они снимали на двоих одну квартиру. Оба получали второе высшее образование. Были одногодками. Однако разница между ребятами была огромна. Эль – всегда спокойный, слегка чудаковатый в своих привычках, уверенный в своих действиях. Казалось, он всё знает наперёд.

Матсуда же наоборот – был неуверенным в себе, ( хотя и пытался храбриться) взбалмошным. Где-то даже максималистом. Он сразу принял в Эле лидера и трогательно пытался ухаживать за ним, что, самому Элю было не очень приятно. Ему хотелось хоть тут почувствовать себя самостоятельным, не зависящим ни от кого, а ухаживания Матсуды этому совсем не способствовали.

Потом Лаулиет привык.

Правда, в последнее время Матсуда стал уж больно навязчивым. Всё из-за того, что однажды под утро, он увидел, что Эль не спит. Парень заподозрил что-то неладное. Весь следующий день он сопоставлял три чашки кофе, стоящие в умывальнике и огромные синяки под глазами Лаулиета. Вряд ли Эль пил бы кофе, если бы страдал бессонницей.

Тогда Матсуда поинтересовался об этом у самого Эля. Но тот лишь покачал головой, надеясь, что настырный от него отстанет.

Но не тут-то было! Упрямый Матсуда поднялся среди ночи ради того, что бы своими собственными глазами убедиться в своей догадке. Эль, конечно, предполагал, что это может произойти, но всё же надеялся, что его сосед не окажется таким наглым.

После этого случая Матсуда с утроенной усердностью принялся окружать Лаулиета в совсем не нужной ему заботе. Эль лишь закатывал глаза, надеясь, что запал соседа скоро испарится.

- Ну, как?

Эль обернулся. На пороге кухни стоял его сосед. Он смущённо запускал пятерню в волосы и преглупо улыбался.

- Спасибо, - ответил Эль, вновь отвернувшись к окну.

«Матсуда, прости, но иногда ты ведёшь себя, как идиот…» - за эту мысль не было стыдно.

- Ты хорошо себя чувствуешь? – не успокаивался тот.

- Да, - от части это было правдой – усталость, которая просто таки наваливалось прессом на его тело, куда-то ушла.

- Я рад, - Эль не видел, но точно знал, что лицо Матсуды озаряла широкая улыбка.

Он устало закрыл глаза.


_____


Лайт негодовал. Лайт был взбешен!

В раздевалке никого кроме него не наблюдалось, и поэтому тут Ягами мог дать выход чувствам.

Откуда он вообще взялся этот Эль Лаулиет? Кто он такой?

Он едва удерживался оттого, что бы не ударить кулаком о стену. Лайт никогда не любил проигрывать. И не проигрывал. До этого момента.

И какой чёрт дёрнул его вызвать на корт этого странного парня с такими явными кругами под глазами?

Какой? Это всё твоё самомнение и желание проверить себя. Ты думал, что в этом университете нет никого, кто бы сравнился с тобой, и ты ошибся. Ягами разжал руку, так упрямо складывающуюся в кулак. Да, ты нашёл человека, который был бы равным тебе по силе. И это даже интересно с одной стороны.

Но, чёрт возьми, как же не приятно проигрывать!

Лайт с досадой провёл рукой по волосам. Затем направился в душ. Дурацкие соревнования, дурацкий Эль с его дурацкими глазами, как у панды. Вода расслабляющими струйками потекла по телу, принося некоторую долю облегчения. Правда, всё же не достаточную что бы забыться.

Перед глазами пронеслись события недавнего прошлого. Он как раз только-только подружился с Киёми Такадой, симпатичной девушкой с журналистского факультета. Она была старше его на курс и была человеком, который быстро и легко устанавливал контакты. Оттого Киёми знала практически всех студентов, даже если не всегда общалась с ними сама .

Они сидели вместе в кафе, когда Лайт заметил за дальним столиком одну довольно странную особу. Это был парень примерно его возраста с взъерошенными чернильными волосами, довольно бледный и тонкий. Сам он был весь какой-то взлохмаченный, помятый что ли. Можно было бы сказать даже неопрятный. В принципе обычный, ничем не приметный, но в то же время, глядя на него на ум приходило только одно слово - «странный».

- Кто это? – спросил Лайт, незаметно кивнув в сторону заинтересовавшего его парня.

Киёми проследила за его движением и, отхлебнув кофе, ответила:

- О, это самый лучший ученик нашего университета. Эль Лаулиет. Он учится на втором курсе юрфака. Странный парень. Практически ни с кем не общается, поэтому в принципе никто о нём ничего не знает, кроме того, что он хорошо учится и не плохо играет в теннис. Правда делает это редко.

Лайт ещё раз взглянул на Эля. Тот задумчиво поглощал пирожные одно за другим, явно думая о чём-то своём.

- Он всегда так странно держит ложку? – спросил Лайт, приметив странную привычку.
- Да он вообще не от мира сего, - хмыкнула Такада. – Не обращай внимания.

Он и не обращал. Пока не узнал о том, что скоро будут проводиться соревнования по теннису, в список участников которых его предусмотрительно записал преподаватель по физкультуре.

Преподаватели все как один не могли на него нарадоваться, с однокурсниками он сошёлся очень легко. Но Лайта всё время сравнивали с Элем, и это ему совсем не нравилось. Кому понравится быть тенью человека, которого он и видел то пару раз, да и то вскользь? Тем более, если взять во внимание то, что Ягами привык всегда и во всём быть первым.

Вот тогда-то ему в голову и пришла мысль о том, что бы сыграть против Эля. Так сказать помериться силами и проверить – так ли хорош тот, о ком он так наслышан. Соревнования проходили только между группами первых курсов, поэтому пришлось изрядно похлопотать, что бы добиться игры с Лаулиетом.

И вот, результат – Лайт продул. Сначала он не воспринял соперника всерьез – тот даже не смог принять подачу. Однако во втором гейме сам допустил оплошность и всё пошло наперекосяк – он просто не успевал за мячом! Он догадывался о замысле своего противника, но просто физически не успевал к месту, куда должен был приземлиться мяч. Под конец разозлившись, он выиграл ещё один гейм, но, порядком измотав себя, всё же не смог даже сравнять счёт. Конечно, Лайта всё равно хвалили – он всё-таки был первым среди первого курса, однако выиграть сет у Эля он всё же не смог.

Ты пошёл на поводу у эмоций, Лайт, поэтому и проиграл. Впредь будешь сдержаннее.

Наверное, точкой, которая заставила его внутреннее всколыхнуться было то, что Эль пришёл на корт в джинсах и водолазке. Да, конечно это было уже не соревнование, а просто дружеский сет, но тем не менее, Лайт почувствовал себя так, словно бы его прилюдно унизили. Казалось? Эль делал ему одолжение своим появлением. Это Лайта и разозлило. Гнев на мгновение затмил всё и вся. На протяжении игры Лайт отчаянно пытался подавить в себе приступы ярости, которые накатывали на него одна за одной, мешая сосредоточиться на жёлтоватой точке мяча.

Игра прошла, а вот обида никуда не уходила. Лайт всё ещё чувствовал себя оскорбленным и обиженным. А если его обидели, то обидчик непременно должен быть наказан.

Не долго думая, Лайт решил, что было бы не плохо побольше узнать о своём противнике. У Киёми больше ничего не выведать. А если он начнёт спрашивать у преподавателей, то это может вызвать лишние подозрения.

Поэтому Лайт решил действовать сам.


Chapter_3_Vengeance


- Почему я раньше никогда его не видел? – пробормотал Эль. Его только что оповестили о том, что ученик по имени Ягами Лайт, чемпион по теннису среди первого курса, хочет сыграть с ним дружеский матч.

- Он недавно перевёлся в наш университет, всего пару месяцев назад, - шепнул ему на ухо Матсуда. – Он лучший в рейтинге первокурсников. И по нему сохнет полкурса.

Эль пристально посмотрел на своего соседа. И откуда этот парень всё знает? Вот везде умудряется влезть. Матсуда, не выдержав такого внимания к своей персоне, опустил глаза.

Лаулиет задумчиво провёл пальцем по губам. В принципе он ничего не теряет кроме свободного времени. К тому же, это было бы довольно занимательно – посмотреть каков он в деле – этот Ягами Лайт. Правда, Эль давно уже не брал в руки ракетку. Но это было делом исправляемым.

Поэтому он согласился с условием, что ему будет предоставлена возможность подготовиться.

Ему как-то не подумалось, что этот дружеский сет вызовет такой ажиотаж – лучшие ученики университета встретятся в поединке за первенство! Стоило Элю пройти по коридору, привычно сгорбившись и заложив руки в карманы, как кругом поднимался гул, от которого несчастному хотелось сжаться ещё больше.

Матсуда услужливо показал ему как же выглядит его оппонент.

- Смотри, вон он идёт, - шепнул он, кивнув в сторону. – Это и есть Ягами.

Эль рассеянно глянул туда, куда указывал его друг. Ягами оказался высоким, подтянутым, стройным парнем, с довольно симпатичными чертами лица. Глаза у него были цвета хорошего виски, в которых то и дело вспыхивали янтарные оттенки. Невероятные глаза.

Эти самые янтарные всполохи Элю довелось увидеть ещё не раз во время игры. Он решил, что если это дружеский поединок, то ничего особого в этому нету. Но Лаулиет ошибся – посмотреть на это зрелище пришло довольно много народу от чего парню стало не уютно. Ему с детства было не уютно в таких ситуациях. Быть в центре внимания – никогда не было пределом его мечтаний. В тени Элю всегда было куда приятнее.

Наверное, от того он и не принял первую подачу – растерялся. Но потом всё же взял себя в руки и полностью отдался игре. Надо сказать этот самый Лайт не плохо держался. Видно было, что он очень старается выиграть. Но у него ничего не вышло.

В какой-то момент Эль даже проникся симпатией к этому юноше – он вдруг почувствовал, что тот не любит проигрывать в той же степени, что и сам Эль.

Это словно бы сблизило их, путь они и были соперниками.

Правда Лаулиету и в голову не пришло, что этот самый парень обидится на столько, что начнёт вести себя не совсем адекватно. Он совсем забыл – как это – чувствовать себя побеждённым, потому и упустил это.

Почему Эль считал Лайта не адекватным? А разве нормальный человек будет преследовать другого по дороге домой?

«Хвост» висел на протяжении двух дней. Ладно бы один – тогда бы это можно было бы списать на схожесть маршрутов: вдруг у Ягами были какие-то дела в этом районе? Или какая-то встреча важная?

Но все попытки оправдать поведение Лайта рассыпались в прах, когда на второй день, глянув в окно, Эль увидел во дворе знакомую фигуру.

Сейчас, всё повторялось вновь. Эль возвращался домой, а Лайт, петляя и путая следы, шёл за ним следом.

Элю это не понравилось.

Не долго думая, он завернул за угол ближайшего дома и остановился. Он намеренно свернул в другую сторону от своего обычного маршрута, возможность того, что Лайту действительно просто по пути с ним всё же была.

Но когда через пару мгновений перед ним предстали глаза с янтарными всполохами – надежда на апелляцию рухнула.

- Ты меня преследуешь? – прямо спросил Эль.

Улыбка Лайта была самой, что ни на есть обезоруживающей.

- Ну что ты, - примирительно пробормотал он. – У тебя паранойя, наверное. Офис моего отца находится недалеко отсюда.

- Ага, а сюда ты зачем завернул? – недоверчиво поинтересовался Эль, уже мысленно ругая себя за дурацкую догадку. Ну ей-богу, не сошёлся же на нём свет клином, нэ? Мало ли зачем Ягами ходит. Хотя подозрительность никуда не делась.

- Отцу грелку купить. Он в последнее время мучается болями в спине, - совершенно невинной бросил Лайт. – Видишь? – он указал на вывеску магазина.

Какая нелепая ситуация.

- И часто ты своего отца на работе навещаешь? – поинтересовался Эль.

- Почти каждый день.

Эль задумался. Вот она, сыновья любовь – навещать отца на работе, таскать ему грелки. Что вот он сам сделал для Ватари? Разве он хоть раз за прошлый год навестил старика, кроме праздничных дней? А ведь Ватари не вечен.

- Ну что ж, тогда удачи, - буркнул Эль, и что бы не выглядеть совсем идиотом, решил обогнуть квартал.

Эта его чёртова мнительность.

____________


Здесь было темно и сыро. Каждый шаг отдавался глухим эхом, отражаясь от стен. Он шёл медленно, намеренно медленно, зная, что его жертва с нескрываемым ужасом вслушивается в каждый его шаг. Длинный коридор с влажными заплесневелыми стенами и спёртый воздух, а ещё мрачное освещение – всё это вкупе с осознанием приближения своего мучителя могло кого угодно свести с ума.

Он появился перед ней в полумраке неожиданно, несмотря на то, что она ждала его приближения. И всё равно девушка неудержимо вскрикнула, пытаясь выскользнуть из верёвки, что немилосердно впивалась в кожу на руках. Она не знала, сколько времени прошло с тех пор как этот странный худощавый парень с растрёпанными волосами притащил её сюда – время потеряло для неё всякий смысл. Здесь оно текло до сумасшествия медленно, оживая только с появлением её похитителя. За всё это время он явился к ней всего два раза. Оба что бы принести ей воды и еды. Он пытался кормить её, но от страха и волнения она не могла есть – запах еды сразу же отдавался позывами рвоты. Зато мила она много и жадно, увлажняя пересохшее горло.

Он всё время молча разглядывал её, как будто бы диковинное насекомое. Смотрел своими большими немигающими глазами и этот взгляд заставлял всё внутри сжиматься. Похититель задумчиво проводил пальцами по её волосам, убирая выбившуюся из пучка волос прядь, почти нежно поправлял белоснежный махровый халат теперь рябой от коричневатых пятен – засохшей крови.
Сейчас он стоял напротив неё и задумчиво вертел в руках не большой изящный нож. Он завораживающе поблескивал во мраке, заставляя невинную жертву смотреть на стальное лезвие со смесью ужаса и отчаянья.

Слёзы сами потекли по щекам бесконечным потоком, размывая страшную картину.

- За что? – только и смогла прошептать она. – За что? Прошу вас, пожалуйста, не надо…

Она не питала иллюзий насчёт своего похитителя. Он не отпустит её. Он точно знал, что и как делать, у него был план, который она была не в силах понять. Просто всё сложилось слишком печально, просто богам было угодно, что бы она попалась на его пути.

Она почти смирилась с тем, что с ней должно было случиться, и всё равно не могла удержаться от крика ужаса, когда лезвие ножа полоснуло её шею. Не глубоко, всего лишь царапина, но было понятно – лезвие очень и очень острое. Она взглянула сквозь слёзы на своего мучителя, но не увидела ни одной эмоции в его тёмных провалах. Только до предела расширившиеся зрачки, почти закрывшие радужную оболочку. Он был похож на наркомана.

Томоко видела таких их общежитии. У них были такие же странные глаза, но никто из них не вёл себя так тихо и никогда движения этих людей не были такими точно выверенными.

Странный парень возвышался над ней, словно бы изучая каждую её клеточку. По коже пробежал холодок, и Томоко инстинктивно сжалась под этим страшным взглядом. Она уже почувствовала волны опасности исходящей от него.

Истеричные крики липкой боли, холодно страха и тупого отчаянья вновь и вновь раскатывались в по длинным коридорам. Напрасно она рыдала, он ни на секунду не сжалился над ней – лишь вновь и вновь наносил порезы, один за другим, наблюдая, как ранки мгновенно заполняются кровью.

Когда махровый халат стал почти розовым он остановился. Томоко было уже не в силах кричать – она охрипла, а горло саднило от бесконечных криков. Только тихи слёзы вновь и вновь стекали по её лицу. Казалось этот ад не закончится никогда.

Он увидел, как расширились глаза его жертвы, когда он вновь полоснул по её тонкой шее. Крови почти не было. Подумав пару мгновений, парень длинным движением разрезал мягкую плоть податливой девичьей щеки. Затем с интересом осмотрев образовавшуюся щель, которая тут же начала кровоточить, он расстегнул ширинку джин, совершенно не обращая внимания на вращающиеся в бессильном ужасе карие глаза.

_________


Вздрогнув всем телом, Эль открыл глаза. Всего пара секунд ему понадобилось, что бы понять, что он находится в своей комнате, а то, что он только что видел – было просто сном. Слишком реалистичным, но сном. Таким сном, который, несмотря на свой жуткий подтекст, заставил парня возбудиться. Сначала Эль испугался, но затем упокоил себя, что секс он в мозгу, независимо от обстоятельств, а это значит, что он никакой не извращенец, а вполне нормальный человек с обычными человеческими реакциями. По крайне мере ему очень хотелось в это верить.

Затем он почувствовал что-то то в его комнате, ровно, как и в его ощущениях не так. От чего-то Элю казалось, что его шеи коснулись тёплые губы, вызывая в теле нервную дрожь. Могло ли это значить, что сон продолжается? Что-то вроде «сон во сне»?

Ответ пришёл незамедлительно, вместе с рукой скользнувшей по груди.

- Матсуда?! - изумлённо воскликнул Лаулиет, когда глаза более или менее привыкли к темноте.

Тот замер на мгновение, но затем вновь продолжил свои поползновения. Эль всегда был чувствительным парнем, но в его планы совсем не входило оказаться в одной постели со своим соседом. В последнее время в его планы вообще не входило такое понятие, как секс.

Потому вполне естественным оказался тот факт, что Лаулиет попытался вырваться. Но упрямый Матсуда тут же уловил его движение и навалился на него сверху, самозабвенно водя руками по желанному телу, заставляя Эля снова и снова выгибаться.

- Ты что творишь?! – только и смог выдавить он.

- Не сопротивляйся, Эль. Тебе это нужно сейчас, я знаю, - послышалось в ответ почти жалобное, и чужие пальцы незамедлительно накрыли то, что было в возбуждённом состоянии ещё со времени пробуждения.

Какого чёрта он знает лучше меня, что мне нужно, а что нет?!

- Матсуда, идиот, слезь с меня!

Никто никогда ещё не слышал, что бы Эль называл кого-нибудь идиотом. Он вообще всегда был предельно вежлив со всеми в любой ситуации. Факт того, что Лаулиет перешёл на оскорбления изумил непутёвого соблазнителя и тот, притих на мгновение, а затем и вовсе слез с тонкого тела, скрытого только бельём. Он сел, отвернувшись от Эля, так что тот видел только спину соседа. Послышалось сдавленное «прости», и охваченный чувством стыда Матсуда пулей вылетел из чужой комнаты, оставив Лаулиета в полном недоумении.

- Какого фига вообще?! - ошалело поинтересовался Эль у тишины.

Ни фига себе пробуждение. Так и коньки отбросить не долго.

Так и не дождавшись ответа у тишины, Эль потопал в ванную – холодный душ ему бы не помешал.

___________


Честно говоря, сегодня ему совсем не хотелось идти домой. Не потому что погода на улице была особенно погожей, не потому что он был занят каким-то особенно интересным делом. Просто именно сегодня к ним на обед должны были прийти совершенно незнакомые люди. Лайт вoобще не любил, когда к нему домой кто-то приходил. Дом – это дом. Это место, где он живёт, а не развлекательный клуб или бар. Если Ягами хотел встретиться со своими знакомыми, то никогда не назначал встреч дома. Встретиться с посторонними людьми можно было где угодно – в кафе, в баре, на футбольном матче, на концерте, только не на своей территории.

Именно сегодня должен был состояться ужин, на которой Миса-Миса пригласила каких-то ребят из рок-группы. Эти парни прошли прослушивание, которое устраивала её записывающая компания. А ужин с Мисой был как бы бонусным призом. И, конечно же, так как Миса считалась чуть ли не невестой Лайта, то на семейном совете было решено, что ужин будет проходить в доме его семьи, потому что сама поп-дива боялась, что эти рокеры будут к ней приставать. При этом она висела у Лайта на плече и раздражающе хлопала своими большими глазами.

И всё бы ничего, если бы по иронии судьбы или дурацкому стечению обстоятельств одним из музыкантов рок-группы не оказался бы никто иной, как Эль Лаулиет, что бы он подавился! Одному Богу известно, каких усилий ему стоило сделать вид, словно бы ничего не произошло. Однако этот странный тип не только не сидел тихо, как мышь, но ещё и к тому же имел наглость всем сообщить, что они учатся в одном заведении. До этого момента Ягами ещё слабо надеялся на то, что из этого ужина ничего хорошего не выйдет и гости, удручённые холодным расположением хозяев, поспешат убраться восвояси. Но не тут-то было! Стоило Лаулиету сказать о том, что они с Лайтом знакомы, как в комнате тут же воцарилась дружеская атмосфера, все сразу оживились, и разговор пошёл сам собой.

Мало того Эль всё время сверлил его взглядом природу, которого Лайту удалось определить, как «изучающий». Этот глубокий, проницательный взгляд, заставлял внутренности просто таки сворачиваться в трубочку и тут же стремительно разворачиваться обратно. Наконец у Ягами младшего сдали нервы ( мать к тому моменту побежала за десертом), и он, улучив момент, поспешил удалиться на балкон – покурить.

На самом деле Лайт ненавидел запах табака, но в экстренных случаях всё же позволял себе закурить. В такие моменты дым уже не казался таким отвратным, а мысли строились в дружный логический ряд. Так было и на этот раз. Звёзды светили ярче, воздух стал чище, мысли прояснились и…

- Лайт-кун.

Ягами чуть не подавился сигаретой. Он обернулся, но не проронил ни звука.

- Не угостишь сигаретой?

Этот вопрос вызвал достаточно противоречивые чувства. С одной стороны внутренний голос возмущался, мол, с какой это стати я должен угощать этого выскочку? Второй вопрос вырвался сам собой:

- Ты куришь?!

Эль пожал плечами. Лайт деловитым движением протянул гостю пачку вместе с зажигалкой, украдкой следя за тем, как тонкие пальцы подносят фетиль к губам. Курил Эль, как и все обычные люди, правда затяжки у него были короткие и сигарету он держал как-то вычурно-странно. Так обычно курят люди, которые спешат - воровато и украдкой.

На балконе, где они стояли, было прохладновато, но никто из них не чувствовал холода. Наоборот, морозный воздух приносил удивительную ясность в мысли, заставляя их литься стройным, логичным рядом. Лайт не хотел себе признаваться, но отчего-то он почувствовал себя на удивление спокойным рядом с этим странным человеком. Впервые за долгое время он не испытывал дискомфорта от того, что рядом с ним находится посторонний.

Это было довольно странно и.. приятно. Чувство абсолютного покоя.

Лайт встряхнул головой. Нет, этого не может быть. Эль тут совсем не причём. Просто на него нахлынуло.

- Ты на меня злишься.

И это не было вопросом. Звучало скорее, как утверждение, факт. Лайт пожал плечами: зачем отрицать очевидное? Только спросил:

- С чего бы?

- Мы с тобой похожи.

На этой реплике Ягами чуть не подавился сигаретой. Как они могут быть похожи? Они совершенно разные! Даже внешне, что уж там говорить о..

Эль прислонился к стене спиной, поднося сигарету к губам.

- Я тоже не люблю проигрывать. Когда я жил в Англии, я ни разу не проигрывал. Полагаю, ты тоже. В любом случае, я не хотел тебя обидеть.

Как смешно. Лайту подумалось, что его собеседник вот-вот предложит сыграть ещё одну игру. Тогда это было бы совсем уж девством. Но Эль не предложил. Что он хотел сказать этим? Чего хотел добиться никому не нужными извинениями?

Возможно, он спросил бы, если бы на балкон не выбежала сестра.

- Мама вас зовёт. Десерт готов.

@темы: Фанфик

Комментарии
2009-05-24 в 20:39 

Chapter_4_

После этого разговора стало гораздо легче. Исчезла какая-то невидима граница между ними, перестала существовать преграда. И больше не хотелось разыгрывать из себя жертву и строить планы мести. Всё это теперь казалось таким девством не нужным и неловким. Чувство вины всё никак не удавалось отогнать, и Лайт с каждым днём ощущал всё большую необходимость в том, что бы поговорить с Элем. Каждый раз, провожая взглядом знакомую фигуру, в нем что-то ломалось, росло, изменялось. Ягами не знал что это. Не понимал: хорошо это или плохо. Просто принимал как данность.

Он и не заметил, как внезапно все его мысли стал занимать этот человек. Человек, с которым он был практически не знаком. Это было странно, необычно, терпко, как глоток крепкого кофе.

Память возвращала и возвращала его к тому разговору на балконе. Что же там на самом деле произошло?

Или может это всё ему приснилось?

Что бы решить это для себя он хотел ещё раз поговорить об этом.

Но отчего-то всё никак не удавалось осуществить задуманное. Лайту всё никак не удавалось выловить Эля. Он, то внезапно исчезал в коридорах, то растворялся где-то на выходе из университета. Создавалось такое ощущение, словно бы Лаулиету было подвластно время.

Куда же девался Эль после занятий?

Это было похоже на вызов. Почему он, учась на следователя, не может выследить человека?

Отчаявшись, Ягами прибег к помощи Мисы.

- А та группа, которая недавно приходила к нам на ужин. Ты не знаешь, как у них дела? – спросил он, когда та красила ногти, сидя на диване в гостиной.

Лак источал отвратительный запах. Почему все вещи, которые по сути своей должны делать человека красивым так неприятно пахнут?

- Шинигами? – спросила она и подула на пальчики, вытягивая розовенькие губки.

- Прости что?

- Это название группы, - как ни в чём не бывало пояснила девушка. – Они скоро будут выступать в клубе на сколько я знаю. Я говорила с их вокалисткой, милая девушка, правда немного со странностями. Хотя ещё более странный их гитарист, он…

Лайту совсем не хотелось слушать эту болтовню. Этот тошнотворный запах давил на него, так, что голова трещала.

- И в каком клубе они будут выступать?

- Не знаю, но если хочешь, я могу узнать. Ты хочешь туда пойти? Хотя да, я понимаю, там же играет твой друг из университета.

«Он мне не друг» - хотел было буркнуть Ягами, но вовремя остановился.

Ну что ж, в принципе, разузнав название группы, он мог вполне найти место, где будет проходить выступление. С другой стороны можно было бы сделать это через Мису. Хотя нет, она наверняка захочет пойти с ним, а в планы Лайта это не входило.

2009-05-24 в 20:40 

***

- Долго ты собираешься меня преследовать?

Вопрос повис в воздухе.

Запах кофе и ванили смешивался во что-то невообразимое. Наверное, именно он заставил Лайта на мгновение застыть. Каким образом Элю удалось раскрыть его, если сам Лайт, ни разу так и не смог толком уследить за ним?

Был ли смысл отпираться?

- Всё зависит от того насколько долго ты собираешься меня избегать, - Ягами пожал плечами и бесцеремонно присел напротив Лаулиета и поставил на стол кофе.

Тот ничего не ответил, и продолжил уплетать сладости. Почему-то так выходило, что если Лайт заставал Эля за едой, то это непременно были сладости. Складывалось такое впечатление, словно бы он только ими и питался.

За всё, то время, что они не виделись, Эль сильно изменился. Он похудел, хотя, казалось бы – куда уж дальше. Запястья казались настолько хрупкими, что создавалось ощущение, будто бы их можно сломать одним неосторожным движением. Да и вообще, вся его фигура не внушала ощущения силы и здоровья. Скорее Лаулиет был бледен. Круги под глазами выдавали бессонные ночи. Что с ним происходит?

- Я никого не избегаю. У меня сейчас много дел.

Очень хотелось спросить «каких», но врядли Эль ответил бы. С какой стати, ведь Лайт совершенно незнакомый ему человек. Внезапно он ощутил, что хочет узнать об этом человеке больше. Гораздо больше, чем сухие факты из его биографии. Хотелось знать, как Эль проводит вечера, что ест на завтрак, какие книги читает.

Это было странно. Такое чувство ещё никогда не посещало его.

- Тебя не тошнит от этих сладостей? Ты жутко выглядишь.

Рука, подносившая замысловатое пирожное ко рту, внезапно остановилась у самых губ. Эль облизнулся.

- Да, я знаю, - рассеянно проговорил он и отправил высший пилотаж кондитерского мастерства себе в рот. Целиком.

Что-то в его голосе заставило Лайта замолчать и не задавать больше вопросов. Он, молча пил свой кофе, ловя себя на мысли о том, что мог бы провести в этом кафе вот так хоть целый день – так ему было хорошо.

- Пойдём? – Эль наконец доел и теперь его рука лежала на руке Лайта. Такая нежная и прохладная кожа. Ломкие пальцы. Лайт в очередной раз подивился хрупкости Лоулайта.

Он не спросил, куда и зачем. Не возникло желания. Не хотелось разрушать чувство умиротворения, которое он ощущал рядом с этим нелюдимым парнем, от которого пахло шоколадом.

Они вышли на морозную улицу. Шли по дороге куда-то вниз. Только тут Лайт заметил в руках Эля два объёмных пакета. Проследив его взгляд, Лаулиет виновато улыбнулся.

- Подарки племяшкам.

В доме, куда они зашли, пахло детскими телами и горьким одеколоном. Здесь было просторно, и светло. Дверь им открыл сухой старичок с густыми усами больше похожий на дворецкого.

Чувство призрачности происходящего невидимой мантией накрыло плечи Лайта. Он внезапно превратился в безмолвного наблюдателя.

- Здравствуй, Ватари.

Голос Эля изменился. Стал глубже и мягче, спокойней. Ватари не спросил, кто пришёл вместе с ним. Он не сказал ни слова, помогая снимать куртки. Не сказал ни слова и потом, подавая в гостиную чай.

В просторной гостиной на ковре возле камина играли дети. На полу лежала какая-то головоломка, которую те пытались собрать. При виде Эля оба принялись радостно визжать и облепили его, как пчёлы.

Сам Лавлиет буквально на глазах преобразился – в нём словно бы зажёгся огонёк жизни, он сел в кресло, усадил обоих на колени и принялся рассказывать им какую-то чушь. Лайт не вдавался в подробности, его не интересовала суть рассказа. Скорее занимало мгновенное преображение.

Сейчас он видел перед собой совершенно другого Эля и Лайт не знал, как к нему относится. Привычный Эль был загадочным, странным, целеустремлённым, парнем на своей волне. Сейчас же он эмоционально размахивал руками, словно бы ребёнок, а в глазах его теплилось что-то похожее на отцовское чувство.

Если бы не разница во возрасте, то они и вправду сошли бы за маленькую семью – поразительно большие глаза, тонкие губы, всё это было поразительно похоже.

Какой из Элей был настоящим? Не было ли всё это иллюзией и какую часть себя он позволяет увидеть?

Уже потом, когда Эль пошёл провожать его, Лайт понял, что для него значит этот день.

- Ты показал мне свой дом, я показал тебе свой. Честно говоря, я ещё никому не показывал, как я живу, - огромные глаза впились куда-то вдаль, так словно бы там за кромкой домов, слабо виднеющихся на горизонте, находилось что-то важное.

Лайт осторожно сглотнул, с удивлением отметив, что в горле пересохло. В голове сразу же зароилась сотня вопросов, и через эту сотню едва удалось протянуть самый главный, вырвавшийся с губ хриплым шёпотом:

- Почему я?

Грустная улыбка едва раздвинула побледневшие губы.

- Потому что ты такой же, как я, - увидев непонимание в карих глазах, он решил пояснить. – Ты слишком много врёшь.

Перед глазами потемнело, и Лайт тряхнул головой. Эта фраза звучала уже второй раз. Второй раз Лавлиет говорил об их сходстве. И если бы не слово «слишком», то Ягами наверняка попытался бы возразить. Это «слишком» отчего-то валуном ложилось на чашу весов, перевешивая все аргументы.

Ягами только покачал головой и сунул руки в карманы – по спине пробежал холодок. Под ногами искрился снег.

- Ты обо мне ничего не знаешь.

- А мне и не нужно, - хрипловатый голос раздался слишком близко – прямо в губы. За голосом последовало и прикосновение, переходящее в поцелуй. Было в этом что-то тоскливое и трепетное одновременно. В том что губы Эля были странно-прохладны, в том что они не касались друг друга ничем, кроме губ, потому что и один и второй держали руки в карманах, в том что ветер беспощадно хлестал по щекам, а из окон выглядывали две детские фигурки.

Это было почти естественно. Так естественно, что потом в метро Лайт ещё долго-долго задумчиво облизывал сухие губы.

2009-05-24 в 20:40 

***

Комнату освещало только мягкое свечение монитора. Конечно, не хорошо было лазить по чужому компьютеру, но открытое окошко аськи внезапно привлекло внимание, и вот Лайт уже совершает пакость. Конечно, это аморально, но ещё аморальнее был тот факт, что Саю имела наглость обсуждать своего родного брата с неизвестным человеком. Это было омерзительно.

Рюуга: Эй, привет ) Опять допоздна сидишь? Чего иконка такая грустная? Что-то случилось?

little kitty: Привет, Эль. Я просто беспокоюсь за своего брата. Он в последнее время сам не свой.

Именно эта строчка заставила его схватиться за мышку. Судя по дате, этот разговор случился за день до того, как.. до того, как Эль пригласил его к себе.

Пальцы прокрутили колёсико, проматывая историю сообщений. Оказывается Саю знакома с Элем уже давно, гораздо дольше, чем сам Лайт.

Рюуга: А что с ним не так?

little kitty: Он словно бы выпал из реальности. Конечно, Лайт всегда казался мне неземным и недосягаемым, но теперь у меня складывается такое ощущение, словно бы он живёт в другом мире и совсем нас не видит. Может на учёбе он ведёт себя по-другому?

Рюуга: Да в университете, если честно он такой же… А ты не пробовала спросить?

little kitty: Спросишь его, как же =_= Я пыталась, но он делает вид, что всё хорошо… Может он влюбился? ^^

Рюуга: Конечно, влюбился, в такую девушку, как Миса-Миса трудно не влюбиться.

little kitty: Хех, я не об этом… Знаешь, мне кажется, что мой брат совсем не любит Мису. Я смотрю на других влюблённых и вижу в их глазах то, чего никогда не было в глазах Лайта. В глазах Мисы это есть. А у Лайта – нет. Хотя возможно мне просто кажется.. Извини, что загрузила тебя проблемами, у тебя наверняка своих по горло.

Дальше шёл обычный ничего не значащий трёп. Оказывается, Эль может быть участливым. Хорош, ничего не скажешь, пожалел бедного Лайта.

Парень настороженно глянул в сторону приоткрытой двери. Оттуда доносились голоса сестры и мамы и, судя по всему, Саю собиралась идти наверх. Деловито откинув волосы со лба, парень промотал не интересный для него кусок разговора и наткнулся на то, что совсем не ожидал прочесть.

little kitty: Мой брат говорит, что ненавидит рок-музыку, но тот диск, который мы с тобой купили тогда, ему понравился )

Рюуга: Я очень рад )

Ками-сама, они ещё и подарок для него вместе выбирали! Как мило! С каждой минутой Ягами ощущал, как в нём растёт и поднимается чувство злобы. Нужно было бы навалять младшей за такие выходки, но для этого нужно было признаться в том, что он лазил по компу Саю. Лайт облизнул пересохшие губы, нервно отстукивая указательным пальцем по мышке. Всё веселее и веселее с каждой минутой.

little kitty: Тебе никогда не снились страшные сны?

Рюуга: Тебя беспокоят ночные кошмары?

little kitty: Ну.. последние пару дней.

Рюуга: Это на нервной почве. Перестань переживать по пустякам, всё с Лайтом будет нормально, он смышлёный парень и сумеет справиться со своими проблемами, даже если у него что-то и случиться.

А вот это уже было приятно. Внезапно для себя, Лайт понял, что читая это сообщение, задержал дыхание, и теперь в груди болело от напряжения. Он тихонько втянул в себя воздух.

На лестнице послышались шаги и последним прочитанными словами было: «в последнее время мне тоже снятся страшные сны..»

Дочитать Лайт так и не успел.

2009-05-24 в 20:41 

***

Эля не было в университете неделю. Никто не знал, что с ним и куда он пропал. Как Ягами не бился – узнать, куда делся Лаулиет он не смог. Почему-то подумалось, что он заболел. Заболел и теперь лежит один в кровати в этом большом доме с двумя похожими на него детьми и странным стариком, похожим на дворецкого. Эль читает детям сказки, а старик заботливо наливает им чай.

Без Эля было скучно. Было скучно ходить по коридорам, не натыкаясь на его сгорбленную фигуру, скучно сидеть в столовой, скучно ходить в кафе, библиотеку. Хотелось поговорить с ним, узнать что всё это значило и значило ли хоть что-нибудь. Хотелось задать тысячу вопросов. Но Эля нигде не было.

Стоя на крыльце университета, Лайт думал о том, что можно было бы его и проведать, но ведь они не были в таких отношениях, что бы заваливаться в гости без приглашения. Внезапное появление было бы не вежливым с его стороны.

Стоило ступить на первую ступеньку, как на него наткнулось что-то.

- Ягами, прошу прощения, - услышал он за спиной незнакомый голос.

Обернувшись, Лайт увидел знакомое лицо, правда он так и не смог понять от чего.

- Мы знакомы? – наконец спросил он, имея в виду то, что парень назвал его по имени.

- Нет, но у нас есть общий знакомый.

Лайт выжидательно глянул на него. После секундной паузы парень продолжил:

- С Элем Лаулиетом.

- Вы хорошо знакомы? – Вопрос вырвался сам собой, не удалось даже толком обдумать его.

- Мы снимаем квартиру на пару. Да, меня зовут Матсуда, - собеседник протянул руку, и Лайту ничего не оставалось, как пожать её. В конце концов, этот парень был единственной соломинкой, за которую можно было ухватиться, что бы узнать что произошло.

- Если так, то ты должен знать, почему Эль не появляется на занятиях.

От цепкого взгляда не ускользнуло то, как нервно Матсуда пожал плечами. Это всего лишь подтвердило догадки Лайта. Он явно двигался в верном направлении. То как Матсуда отвёл взгляд, его поведение. Парень явно что-то знал. Да и как он мог не знать, если он и вправду жил рядом с Элем. Странно, что до Лайт никогда не видел, что бы эти двое возвращались домой вместе.

Парень немного замялся, словно бы следующие слова ему было неприятно говорить:

- Если честно, то ты единственный кто за него по-настоящему волнуется в университете. Эль плохо себя чувствует. Он болен. Я не знаю, что с ним делать, - тут Мансуда судорожно вздохнул, беспомощно всплеснув руками. – Он отказывается ото всех моих ухаживаний. И я подумал, что может быть, ты как-то сможешь ему помочь?

Внутри всё перевернулось. Нет, даже не от того, что Элю плохо. А от того что Элю настолько плохо, что даже человек, с которым он живёт не может ему помочь. Подпустит ли Лаулиет его к себе?

Тут ему внезапно вспомнился недавний поход в гости к Элю. Кажется, тогда он называл домом совсем не многоэтажку. Значило ли это, что Эль доверяет ему больше?

- Конечно, если ты занят, я не буду настаивать, - видимо Матсуда принял заминку Лайта на свой счёт. Он пытался выглядеть ненавязчивым, но в глазах плескалась такая тревога, что не оставалось сомнений – парень очень переживает за Эля. Остаётся вопрос: кем же он приходится Элю?

2009-05-24 в 20:41 

***

Беспомощный и сжавшийся в комок, бледный и ломкий он лежит на кровати. Возле ног бесформенной кучей расползлось одеяло. В позе чувствуется жуткая произвольная напряженность. Круги под глазами обозначились ещё сильнее. «Наверное, он почти не спал всё это время и только сейчас уснул,» - подумалось Ягами. Он внезапно почувствовал себя чужим в этой комнате. Слишком уж интимной была атмосфера. Лайт уже десять разу успел подумать о том, что бы уйти, но любопытство всё же пересилило.

Он подошёл к кровати и присел на корточки, оказавшись рядом с безмятежным лицом настолько близко, что протяни он руку и вполне можно было бы прикоснуться к волосам спящего. Лайт поймал себя на мысли, что Эль довольно красивый. Он и раньше это замечал, но это было мимоходом, между делом. Сейчас же это было скорее признанием факта. Особенно его удивило то, какие оказывается у Лаулиета длинные ресницы. И кожа, похожая на сливки, кажется, так и макнул бы палец, что бы потом положить его в рот, ощущая на языке приятный сливочный вкус.

Ягами усмехнулся сам себе. Да, раньше такие мысли его не посещали.

- Как ты здесь оказался?

Серые глаза распахнулись, в них совсем не было дымки сна. Значит, он не спал.

- Меня привёл Матсуда.

Тихий, горький смешок раздался в комнате.

- Идиот.

Лайт удивлённо приподнял бровь, не совсем поняв, к кому именно относилась эта реплика.

- Этот парень вечно цепляется ко мне, думает, что меня любит.

- А на самом деле?

- А на самом деле он просто влюблён. Влюблён в образ, который сам себе выдумал, - Эль перевернулся на спину, устало приложив тыльную сторону запястья ко лбу.

Лайт молча переваривал информацию, разглядывая призрачный профиль. В комнате было довольно светло, но кровать Эля стояла в довольно тёмном углу. У противоположной стены стоял письменный стол, а в противоположной стороне от окна – шкаф. Вот и вся мебель. Почти спартанский порядок, если не считать разбросанных то тут, то там папок с какими-то бумагами.

- У меня отец умер, - наконец выдавил Эль, тут же закусив губу. От Лайта не ускользнуло то, как внезапно заблестели усталые глаза.

Ягами молчал, не зная, что сказать. Он чувствовал кожей боль, страх, горечь и обиду, что витала возле Эля, но не знал что сделать, что бы развеять эту тучу.

- Ты его видел. Он был там, когда я приводил тебя домой.

Видимо ему важно было, что бы Лайт об этом знал. Лайт вспомнил старика-дворецкого. Судя по всему, умер именно он, потому что в тот вечер больше никого из взрослых в том доме Лайт не видел.

Обычно в таких ситуациях люди говорят всякие глупости, пытаясь выразить никому не нужное сочувствие. Глупости говорить не хотелось. Не хотелось спугнуть доверие, возникшее между ним и его собеседником.

- Мне кажется, я схожу с ума. Я буквально видел его смерть. Я видел это во сне. Так, словно бы это сделал я сам. Может ли быть такое? – Эль повернул голову, цепляясь взглядом за Лайта, словно бы ища у него спасения.

«Так его убили?» - мелькнуло в голове.

- Ты никого не убивал, Эль. Это всё нервное напряжение.

Ноги затекли, поэтому Лайт поднялся на ноги. В это же мгновение Эль стал на колени на кровати, так что бы оказаться почти наравне с ним. В глазах его горел жутковатый огонь, перемешенный с языками надежды.

- Ты не понимаешь! – он взмахнул руками, подобно ребёнку, пытающимся доказать свою невиновность в навязанной ему шалости. – Это происходит уже давно! Я всё время вижу сны о нём. Я видел девушку, которую он держал взаперти, видел мужчину, которого он зверски изувечил, видел .. я так много видел, Лайт, ты даже не представляешь! – он задохнулся, уловив в чужих глазах что-то новое.

Лайт смотрел на него спокойно изучающим взглядом. Этот новый Эль, беспомощный и растерянный совсем не пугал его. Наоборот, его хотелось пожалеть, утешить, погладить, сказать, что всё хорошо, всё пройдёт, и никто и никогда его не тронет. Так он и сделал, прижал к себе тщедушное тельце, укрывшееся в белой безразмерной майке, властно, не давая возможности вырваться из кольца крепких рук. Эль изумлённо уткнулся носом в его грудь, насторожившись.

- Это всего лишь сны, - прошептал Ягами, пропуская сквозь пальцы спутавшиеся чернильные волосы. – Сны – они ничего не значат.

Звон в ушах, непроходимый, сума сводящий звон заставил Лаулиета потянуться вверх. Он тянулся так, как тянется цветок лотоса к солнцу, что бы, в конце концов, доверчиво прижаться к горячим сухим губам. Трепетным прикосновением Эль обхватил ладонями лицо Лайта, ощущая под пальцами бархатистость нежной кожи. Почему же он так тянулся к нему? Он и сам не мог ответить на этот вопрос. Просто здесь и сейчас ему хотелось быть с этим человеком. Просто с самого первого дня он понял, что связан с этим человеком невидимой нитью и где бы он ни был, как бы далеко не уезжал всё равно рано или поздно они вновь окажутся вместе. Понимание этого пришло тогда, когда Эль впервые в жизни поймал себя на мысли, что глазами ищет знакомое лицо в толпе. Ищет, прекрасно зная, что его не найти.

Поэтому он и позволил ненавязчиво уложить себя на постель, поэтому и позволил осторожно себя раздеть, ощущая кожей прожигающие насквозь поцелуи. Лайт нависал над ним, заслоняя своим телом от всего мира, и сердце Эля билось, словно запутавшаяся в силках птица. Он выгибался навстречу требовательным рукам, судорожно прижимая сильное тело к себе, повторяя про себя, что теперь никогда-никогда его не отпустит. Дыхание, смешивающееся в одно, движения, приносящие свободу и покой, убаюкивающий шёпот на ухо. Хотя бы этой ночью, укрываясь от видений, уснуть спокойно, путаясь в тонких нитях, связывающих их всё сильнее и сильнее.

На столе остывала чашка кофе. Сегодня оно показалось Матсуде особенно горьким.

2009-05-24 в 20:46 

Часть 5

- Ты говорил, что никогда не оставишь меня, помнишь? – дыхание опаляет ухо, а затем и щёку.

Это прикосновение не вызывает страха или отвращения. Это что-то почти обыденное и привычное. Почему-то хочется плакать. Возможно от облегчения? Но оно не совсем уместно в этой ситуации. В этой ситуации невозможно испытать положительных эмоций хотя бы просто, потому что руки связаны тугой верёвкой. Судя по всему уже долгое время, потому что Эль не чувствовал пальцев.

***

Люстры в комнате не было. Вместо неё из потолка змеилась тонким проводом одинокая лампочка. Толку от неё было мало, её свет едва освещал помещение, но всё же разглядеть очертания предметов было можно, правда в нём не было ничего кроме деревянных ящиков и маленького низкого столика. Пахло сыростью и мочой. Эти запах и влага, растворённые в воздухе, буквально оседали на коже мелкими капельками.

В самом тёмном углу жались друг к другу два мальчишки. Больше всего сейчас напоминавшие воробушков, они были заперты в этой комнате-клетке на протяжении уже долгого времени. Им было страшно, и ни один из мальчиков не боялся этого показать. Страх цеплялся за них своей холодной когтистой лапой, но ещё не успел перерасти в панику, а потому просто клубился у ног сизым дымком. Или это от табачного дыма?

Из соседней комнаты доносился шум: громкий смех, пьяные разговоры, звуки музыки. В соседней комнате курили – горьковатый запах изредка щекотал ноздри, но всё же был не в силах противостоять запаху сырости, и поэтому, не долетая и до середины комнаты, распадался на мелкие частицы.

Не выдержав томительного ожидания, один из малышей всё же слезает с ящика и направляется к двери.

- Куда ты? – взволнованно спрашивает его другой. – Мама сказала никуда не выходить.

Мальчик оборачивается и смотрит на брата, так что дух захватывает – в этом взгляде такая мольба и беспомощность, что непроизвольно по коже мурашки бегут.

- Когда приходила мама?

Под этим вопросом скрывалось неуверенное: «Она ведь приходила, правда?» Окон в комнате не было, а по часам мальчики ещё не умели ориентироваться. За всем этим шумом они потеряли счёт времени.

Тик-так.

Мама скоро придёт.

Тик-так, тик-так.

Она ведь приходила через каждый час. Дышала перегаром, обнимала ребят, каждого по очереди или обоих сразу – не важно. Скупая, обманчивая ласка. Почему мама обнимает их только, когда пьяна? Она такая противная эта пьяная мама. Какая-то вся чужая и скользкая, как медуза.

На пляже у окраины города много медуз. Мама когда-то возила их туда. Беспомощным желе они лежали на белом мелком песке и казались такими глупыми. В море они жалили сильно, но стоило им попасть на берег, как вся эта сила куда-то исчезала, и медузы становились глупыми.

Скоро голоса за сетной перешли в крик, среди которого особо визгливым казался голос матери. Послышался стук, грохот, звон разбившейся посуды. Шаги, приближающиеся к двери, заставили мальчишек вздрогнуть. С грохотом та распахнулась, извергая из своего чрева двух сражающихся людей. Какой-то плотный мужчина с желтоватым цветом лица бил мать. Наотмашь, не жалея сил.

«Кто-то делает больно маме. Маме больно,» - проносится у братьев в мозгу и оба, не сговариваясь, бросаются на маминого противника. Но что могут сделать два пятилетних мальчика против взрослого мужчины?

Боль распространяется по всему затылку липкой паутиной, когда старшего мальчика отбрасывает к стене. Вместе смешиваются крики, звуки музыки превращаются в необъяснимый гул, запах сырости и сигарет разом проталкиваются в лёгкие, заставляя комнату темнеть, постепенно погружаясь во мрак, что бы, в конце концов, отключить изображение. Так же, как и звук.

***

Тёмный силуэт расплывается перед глазами. Он нарочно стал напротив света, так что невозможно было разглядеть лица. Всё что говорил этот человек, с трудом доходило до сознания Эля, словно бы сквозь слой упругого желе.

- Ты тогда потерял сознание, а я всё видел. Видел, как тот мужчина избивал и насиловал нашу мать. Слышал, как она кричала и плакала, как звала на помощь. Потом пришли другие, и всё началось заново. А потом в какой-то момент в комнату ворвались полицейские. Мама была наркоманкой, и нас отправили в детдом. Помнишь, что было потом?

Он присаживается рядом, и сладкий запах следует за ним. Он щекочет ноздри, наполняет рот слюной, так что у Лаулиета непроизвольно открывается рот, куда моментом проскальзывают чужие пальцы. Сахарные. Рот наполняется вкусом клубничного варенья. Стоит только шевельнуть языком, что бы острее прочувствовать вкус, как пальцы исчезают, что бы вновь вернуться. Это навевает воспоминания, от которых захватывает дух, а к горлу подкатывает такая горечь, что хочется зажмуриться, сжаться, превратиться в маленькую частичку, что бы исчезнуть, умереть, раствориться.

2009-05-24 в 20:47 

***

Тихое журчание воды действовало успокаивающе. Эль давно не чувствовал себя так расслабленно. Металлические перила моста холодили кожу и разум. Странно, что Лайт решил отвести его в такое место. Особенно после того что случилось. Эль не собирался ничего объяснять – незачем. Странно, что Ягами не задавал вопросов, Эль был уверен – Лайт никогда до этого не спал с парнями. То, что Ягами привёл его сюда, несомненно, было проявлением заботы с его стороны.

- Я ничего не помню о своём прошлом. Ватари забрал меня из детского дома, когда мне было пять. Он сказал, что со мной в прошлом случилось что-то плохое, и мой мозг, как бы заблокировал эту память.

- Значит, твои сны могут быть чем-то вроде напоминанием из прошлого, - предположил Лайт.

Он стоял совсем рядом, рукой подать. От этой близости не было неприятно. Но и волнующего в этом ничего не было. Было странно вот так подпускать кого-то близко к себе. Ничего удивительного, что Элю было сложно привыкнуть хотя бы к мысли о том, что этот человек может хотеть помочь ему, не говоря уже о том, что бы быть рядом.

То, что произошло в прошлом, научило его не доверять людям.

***

Кровь она красная и липкая. Если идёт кровь, значит должно быть больно, но почему-то боли не было. Вернее её не было там, где она текла, а вот челюсть сводило судорогой. От этого боль ползла к вискам, прицельно стреляя куда-то в затылок. Эль чувствовал себя грязным и влажным. Везде. От крови, струящейся по бёдрам, смешанной с белесой жидкостью, от собственного пота, от слёз, застилающих глаза. Было больно, страшно, неприятно и унизительно. Ещё более неприятно было то, что он предстал таким на глазах у брата. Беспомощным, побеждённым и грязным. Он не смог защитить себя и своего брата. От того слёзы и лились градом.

***

От ритмичных движений Эль начал задыхаться, он мотнул головой, освобождая рот от влажных пальцев, которые нечаянно скользнули по щеке. Лицо просто таки полыхало огнём, а дыхание сбилось.

Обидчик присел перед ним на корточки, ласково отвёл непослушные волосы с лица.

- Что, вспомнил? Вспомнил, что происходило в детском доме? Как нас продавали на ночь? – ладонь скользнула к затылку и сжала прядь волосы, заставляя Эля поднять глаза. - А то, что случилось потом? Помнишь? – брат просто шипел от злости, больно дёргая волосы. – Ты говорил, что никогда не оставишь меня, а сам?

Иногда воспоминания приносят невыносимую боль. Порой лучше не помнить вовсе.

2009-05-24 в 20:47 

***

Когда за окнами падал снег в детский дом пришёл пожилой мужчина в чёрном пальто. Чопорный, настоящий англичанин, он пугал Эля. Взрослые всегда приносили боль, всегда обманывали. Они давали пирожные и сладкое, а потом всегда делали больно. Он держался за ногу воспитательницы и решительно не хотел показываться незнакомцу на глаза. В этой комнате, сухой и тёплой, пахнущей сухим книжным запахом оказывались те, кто вечером должен был уехать из детдома на ночь. Работать, что бы оплачивать своё проживание. Так говорила воспитательница.

Обычно их приводили вместе. Два брата-близнеца пользовались спросом у взрослых извращенцев. Но сегодня Эль почему-то был один, и от этого было ещё страшнее. Когда дядя подошёл к нему ближе, что бы рассмотреть, Эль расплакался.

- Не плачь, мальчик. Меня зовут Ватари, - ласково поговорил тот. Кряхтя, он присел на одно колено на одно колено и, вынув из кармана платок, принялся ласково вытирать детские слёзы. Эль замер. Так с ним поступала только мама.

- А как звать тебя?

На самом деле старик уже знал его имя.

***

Поцелуй обдал губы кипятком. Всё к чему прикасался брат, горело так, словно бы прожигалось насквозь. Это было больно и тепло одновременно. Прикосновение нежной кожи рук к щеке, прикосновение губ, скользящих по губам. Эль не сразу сообразил, что происходит и как на это следует отреагировать. После всего, что с ними произошло, это действие не казалось таким уж неправильным.

- Бейонд! – получилось удивлённо и взволнованно.

Брат всего лишь нехорошо улыбнулся, взглянув на своё отражение – брата, сидящего перед ним на коленях, привязанного верёвкой к трубе.

- Только не говори, что ты делаешь это в первый раз.

Брошенные как камни, жестокие, насмешливые слова застыли в воздухе. Угрожающую тишину нарушало только дыхание и жужжание лампы.

- Ты что же, совсем не рад меня видеть?

- Что ты собираешься с ним делать? – Эль пропустил вопрос мимо ушей.

Брат фыркнул.

- Ты такой же упрямый, как и всегда.

Тяжело выдохнув, что являло собой крайнее недовольство, Бейонд отошёл к ближайшей трубе и облокотился об неё.

- Я сделаю с ним тоже, что и с остальными, - словно бы ища одобрения, он добавил. - Они действительно заслуживают смерти, Эль.

Собственное имя резануло по ушам – так непривычно колко оно слетело с языка убийцы.

- Ты ведь хочешь меня спросить?

Эль подозрительно глянул из-под чёлки.

- Спросить меня: зачем я это сделал.

- Мне ни к чему спрашивать – я и так знаю.

- Ну, тогда ты, наверное, знаешь, что я собираюсь делать с тобой? – Бейонд отделился от трубы и вплотную подошёл к Элю. – Ты сейчас в очень удачном положении, тебе не кажется?

Положение и вправду было удачным, лицо Эля оказалось как раз на уровне ширинки Бейонда. Парень скрипнул зубами.

- Тебе не следовало идти за этим идиотом. Он был обречён с самого начала. А ты глупец. Я планировал заполучить тебя на десерт, но ты сам пришёл ко мне в руки, - одной рукой Бейонд принялся расстёгивать ширинку, другой же вцепился в копну волос брата. – Ну же, не заставляй меня прибегать к насилию.

Хотелось сказать что-нибудь едкое, но Эль удержался, упрямо сжимая губы. Всё что происходило сейчас, казалось ему ужасно смешным и нелепым. Зачем столько смертей только что бы добраться до него? Бред. Бред! Его брат не мог сделать такого.

Бейонду видимо надоело это глупое упрямство, поэтому он просто сжал изящный нос брата двумя пальцами, не позволяя ему дышать. Он продержался гораздо дольше, чем ожидалось, но всё же сдался. Чуть не задохнувшись от накатившего удовольствия, Бейонд машинально сжал затылок парня, и, не удержавшись, принялся двигать бёдрами, не обращая внимания на слёзы, выступившие на чужих глазах.

- Знаешь, как я долго ждал этого? Знаешь, как долго хотел этого? После того как ты ушёл, ты думал обо мне? Почему ты не взял меня с собой, Эль? Ты же обещал.. Почему ты обманул меня?

Эль почувствовал, как горлу подступает тошнота. Этот молящий шёпот, этот вкус и запах – всё царапало душу, вливая в вены небывалое чувство вины. Оно придавливало парня к земле, заставляя слёзы катиться по щекам быстрее.

Иногда лучше не представлять. Не думать.

2009-05-24 в 20:47 

***

Матсуда съехал с квартиры ещё неделю назад. Теперь Лаулиет жил один. Однако там никого не оказалось. Но где же его черти носили? Почему он всегда исчезает, ничего не сказав?

Ни Наоми, ни Саю не знали, куда он запропастился. Можно было бы пойти в полицию, но они не станут ничего делать, пока не пройдёт три дня. Последнее время Эль слишком много говорил странных вещей. Про сны, про убийства. Лайт даже начал тихо сомневаться в его нормальности. Сейчас же он и вовсе не мог найти себе места.

Он мог использовать только один шанс.

Лайт отложил в сторону газету, которая рассказывала о ещё одной жертве «Киры», как обозвала местная пресса убийцу.

- Отец, мне кажется, я нашёл преступника.

Старший Ягами отставил чашку кофе.

- Что ты сказал?

- Я знаю, кто преступник. Уже довольно долго я проводил своё собственное расследование по этому делу. Мне кажется, я нашёл связь между убийствами. И судя по всему это никакой не маньяк. Это просто убийца. Бесчеловечный и расчётливый.

Суд по всему отец рассердился, услышав о том, что его сын «провёл собственное расследование», но всё же ему было интересно услышать версию сына.

- Кто же это, по-твоему?

- Эль Лаулиет.

***

Такие крики не мог издавать человек. Жуткие, душераздирающие вопли давили на и без того расшатанные нервы. Хотелось заткнуть уши, убежать, что бы только не слышать их, но руки всё ещё были связаны, и любое неосторожное движение приносило боль – в руки словно бы впивалось тысяча иголок.

Ему стало дурно. Эль закрыл глаза и откинул голову. Он не помнил, сколько времени провёл так, но когда он открыл глаза, брат уже возвышался над ним. Глаза у него были дикие.

- Правда, весело?

Он слизнул капельку крови со щеки. Эль отметил про себя, что он почти не забрызган кровью. Только лицо и шея. Бейонд был убийцей, но убийцей он был аккуратным. Он поднёс к губам брата окровавленное лезвие и спросил:

- Не хочешь попробовать?

Лаулиет только покачал головой, стараясь не думать о том, что его брат только что убил человека именно этим ножом. Да и вообще не думать о том, что он находится один на один с убийцей.

- Сколько ты собираешься держать меня здесь?

- Сколько? – довольная улыбка зазмеилась по губам брата. – Пока мне не надоест. А потом я убью тебя, Эль Лаулиет. Не беспокойся, я сделаю твою смерть приятной и…

Тихий хлопок заставил Бейонда замолчать.

***

«Знаменитый японский маньяк «Кира» пойман! Им оказался двадцатичетырёхлетний Бейонд Берсдэй, выходец из детдома, сын наркоманки. Он никак не комментирует свои действия, но…» - экран телевизора погас.

Лайт отложил пульт в сторону. Секундная стрелка бойко отсчитывала время.

- Как ты догадался? – Эль лежал в кровати и безразлично смотрел в потолок.

В комнате Лайта было светло и уютно, не смотря на то, что мебели в ней было почти столько же, сколько в комнате Эля.

- Смерть Ватари натолкнула. Мне почему-то показалось, что эта смерть тоже относится к этому делу. Если крутить клубок от Ватари, то выходит, что та воспитательница, которую нашли на заброшенном заводе и директор, сожжённое тело, которого отыскали в мусорном баке – связаны между собой, - Лайт присел на край кровати, а затем наклонился к Элю, что бы коснуться губами его губ, но тот увернулся.

- Не могу я. Не могу пока..

Лайт пожал плечами.

- Мать сказала, что приготовит нам чай. Спустись в низ минуты через три.

Дверь в комнату закрылась, на лестнице раздались шаги. Прислушиваясь к ним, Эль провёл рукой по губам.

Часы показывали 19.03.

***

- Зачем ты убил Ватари?

Усталый Бейонд сидел рядом, прижимаясь к его плечу. Совсем как тогда, в девстве, в комнате с одной лампочкой, где пахло сыростью и мочой, где из комнаты доносилась музыка и смех. С груди защипало, и вопрос вырвался сам собой.

Брат недовольно пошевелился и открыл глаза.

- А разве не видно? Он отнял тебя у меня…

Большей горечи в его голосе Эль никогда не слышал. Стало так больно, невыносимо больно.

Эта боль мучила Эля и сейчас. Сейчас, лёжа на чужой кровати, он думал о том, что не будь в его жизни Ватари, то всё возможно могло бы быть по-другому. Потому что даже сейчас, окружённый заботой и спокойствием, он не чувствовал себя целым.

Он хотел быть свободным от одиночества, пожирающего его изнутри.

Проблема была лишь в том, что только с Бейондом он чувствовал себя целым. Он понял это только тогда, когда брат прижимался к его плечу. Понял, когда услышал обиженные нотки в пусть и незнакомом, но таком родном голосе.

Отняв палец от губ, Лаулиет поднялся с постели.

Три минуты прошло.

2009-05-25 в 14:23 

TIHIRo11
ПРочитала...
Фантазия автора - поразила меня. Лично я бы не смогла придумать даже половину . понравилось очень . на Л посмотрела новыми глазами.
Спасибо

2009-05-25 в 20:17 

TIHIRo11 на самом деле здесь нет и половины того, что я планировал впихнуть изначально. Под конец я начал халявить и в итоге написал только основную идею, хотя здесь должна была быть арка с группой и ещё много-много чего, но так как работа шла медленно и в итоге растянулась, что бы не мучить несчастных людей, которые это читали (и по некоторым личным причинам вроде: вечной нехватки времени) пришлось скоропостижно его закончить.
Спасибо за то, что потратили время на прочтение и не поленились оставить коммент )

2009-06-03 в 02:46 

...деньги обладают способностью размножаться. (с)
Так хочется прочитать еще, некий эпилог, но спасибо, что завершили этот фик)

2009-06-07 в 16:41 

Это всё я. Это всегда я. И даже когда вам кажется, что это не я - это всё равно я.
эээм, вопрос маленький. А вы случаем первый сезон сериала "Декстер" не смотрели?

а вообще чудо, мне понравилось)

2009-06-08 в 15:06 

MedicaL SeLLer
охх.. просто чудесно)) редкий фанф, который я дочитала до конца и с удовольствием) Что натолкнуло на идею?

2009-06-09 в 14:32 

"Умирать, так умным" (с)
Да, чувствуется некая недоработка автора.
Сюжеты скачут. Сначала одно, затем другое.
Читается интересно, написано очень грамотно, персонажи чувствуются, но...
по прочтении нет чувства удовлетворения от текста. Затянуто, да. Но не тем.
А так. Спасибо, автор. Пишите ещё и заранее в голове полностью продумывайте сюжет ;)

2009-10-08 в 01:56 

Dark Brokilons Night
"Другой мир - это сон. Столь же реальный, сколь обычный сон" Юко
Мнооого я перичитала, но что б такое - впервые... Интересно увидеть родных героев в другом ракурсе...без самой тетради. Получилось так жизненно, необычно, виртуозно, а главное ооочень оригинально! Даже не знала, не могла представить себе такой интерпритации... У меня даже слов нет.:duma2: Это Великолепно!

2010-04-30 в 07:23 

Мм....красиво конечно,даже очень....но если честно,характер Эла не поддерживается :\ не похоже на него.Но читала взахлёб **

URL
   

Death Note L - FANS

главная